НА САМОМ ДЕЛЕ

Ну что ж, продолжим разговор, который мы начали в предыдущей части нашей программы – разговор с моим сегодняшним гостем, экспертом нашей программы Владимиром Миловым. Вы не первый человек, которого я спрашиваю: есть ли у власти предел игнорирования того, что происходит, и того, что вызывает негодование меньшинства общества?

Ну, это зависит от того, насколько далеко власть готова пойти для того, чтобы удерживать свои позиции, удерживать контроль над страной. У меня, честно говоря, есть некоторые скептические предположения на этот счет. Я думаю, что ситуация может еще ухудшиться по сравнению с сегодняшним положением в части давления на политические свободы, на свободу слова в России и в части репрессий против конкретных представителей оппозиции, по крайней мере считаю такой сценарий вероятным. Но, мне кажется, наша задача постоянно пробовать их на прочность. И, кстати говоря, можно вспомнить, как разваливался советский режим. В общем, оказалось, что он совершенно не такой железобетонный…

Колосс на глиняных ногах?

Да, в какой-то степени действительно оказался колоссом на глиняных ногах. В общем, когда действительно коммунистической партии в какой-то момент решительно сказали "уйдите", надо сказать, что они не без проблем, не без трудностей, но на самом деле взяли и ушли.

Нет, сначала они сопротивлялись изо всех сил.

Сопротивлялись, но тем не менее коллапс Советского Союза наступил гораздо быстрее и проще, чем…

А вам не кажется, что коллапс наступил в тот момент – извините, что я вас перебиваю – и не потому, что им жестким голосом сказали "кыш отсюда", а потому, что значительная часть элиты, прежде всего элиты региональной, поняла, что больше у них нет ресурса платить ту цену, которую нужно было платить за сохранение единства империи и за то, чтобы именно эти вожди империи остались у власти?

Но вы же сами говорили, что они деградируют.

Действительно, деградируют. Но недовольных не в том смысле, что это какие-то хорошие, позитивные люди, которые хотели бы демократизировать Россию, сделать ее более свободной, а недовольных, например, среди тех, которые хотели бы тоже наслаждаться плодами этого авторитарного режима, но в большей степени, чем сегодня. Ну, вот кто-то из них в Думе сидит, а хотел бы быть министром, например. Кто-то, соответственно, очень хочет занять место того же Чемезова и самому торговать оружием на экспорт. Поверьте, таких людей очень много. Все они поднимают тосты за Путина, голосуют "за", горячо одобряют сегодняшний курс, но все они страшно недовольны, потому что Чемезов торгует оружием, а не они. Поверьте, таких людей очень много и…

Ну и плюс есть люди, которые просто беспокоятся за свое будущее. Если так дальше пойдет, то они могут лишиться тех мест замечательных, насиженных, хлебных, денежных, на которых они сидят.

Да, это, конечно, все предопределяет фактор неустойчивости в нынешней системе, но я бы не сбрасывал со счетов то, что люди, которые сегодня находятся у власти, у высшей власти, они могут начать, грубо говоря, кусаться, в случае если поймут, что действительно их позициям что-то серьезно угрожает. Поэтому я бы здесь был бдительным и не закрывал глаза на возможность достаточно жесткого сценария. Я очень боюсь, что по какому-то жесткому сценарию пойдет развитие событие с Наташей Морарь и Ильей Барабановым и, мне кажется, что наступление такого более жесткого, более репрессивного сценария возможно и в целом в стране.

Давайте не будем забегать вперед, потому что об этом я собирался с вами более подробно поговорить во второй части нашей программы. Сейчас мы прервемся на новости середины часа на "Эхе Москвы", на канале RTVi тем временем будут анонсы предстоящих передач. И мы вернемся в эфир через несколько минут. Оставайтесь с нами.