ПОЛИТИЧЕСКИЕ ИГРЫ

Я приветствую всех, кто в эту минуту смотрит телеканал RTVi и слушает "Эхо Москвы". Это программа "Власть" и я, ее ведущий Евгений Киселев. Смотрите и слушайте наш совместный проект каждую пятницу в 8 вечера по московскому времени. Сегодня 21 марта 2008 года. До конца второго президентского срока Владимира Путина остается 47 дней. Столько же, 47 дней, до вступления Дмитрия Медведева в должность нового президента России. До окончания тюремного срока Михаила Ходорковского 1312 дней. Очевидной тенденцией последних дней стало совершенно небывалое усиление активности всевозможных силовиков и правоохранителей. Новые уголовные дела, обыски, выемки документов, наезды, отъезды, поимки шпионов, террористов и опасных смутьянов. Ощущение, что в последние дни пребывание Владимира Путина на посту президента силовики пытаются получить от жизни все – возможно, в страхе, что после 7 мая, когда Путин передаст президентские полномочия Дмитрию Медведеву, все уже будет не так, как прежде. Подробнее обо всем этом в материале Сакена Аймурзаева.

Как бы ни уверяли нас в том, что Россия находится на пороге оттепели и эры процветания свобод, происходящее никакой веры в это не вселяет. Подтверждением тому – последняя неделя, которая выдалась особенно напряженной для российских правоохранительных органов всех мастей — прокуратуры, МВД, ФСБ. Сотрудники этих силовых ведомств потрудились на славу – провели ряд обысков, возбудили пару громких дел, выявили шпионов. Началась серия следственных подвигов в понедельник, когда в здании Минфина были проведены обыски и выемка документов. По официальным данным, следователи наведались в министерство в связи с делом заместителя главы Минфина Сергея Сторчака. Спустя пару дней стало известно, что многомесячные проверки в Пенсионном фонде завершились обвинениями в адрес руководства этого учреждения. МВД обнародовало результаты расследования. Выяснилось, что исполнительный директор Пенсионного фонда растратил несколько десятков миллионов рублей. Сдается, что и обыск в Минфине и обвинения в адрес руководства Пенсионного фонда — это очередные удары по главе экономического блока правительства — вице-премьеру Алексею Кудрину — давнему объекту атак со стороны клана силовиков. Будто всем посылается четкий сигнал — никаких послаблений, никакой амнистии не будет, гайки туго затянуты и развинчивать их никто не собирается. Аналогичный сигнал был подан и бизнес-сообществу. В Москве задержаны сотрудник нефтяной компании ТНК-ВР и президент "Клуба выпускников" Британского совета братья Александр и Илья Заславские. Их обвинили в промышленном шпионаже. В доказательство ФСБ рассказала о том, что у задержанных нашли государственные документы и визитные карточки сотрудников иностранных военных ведомств и ЦРУ. В рамках расследования этого дела в московском офисе ТНК-ВР прошли обыски и выемка документов. А кого выбрать для показательной порки, как не компанию, связанную с одной стороны с нелюбимой Великобританией, а с другой с олигархами ельцинского призыва: Фридманом, Авеном, Вексельбергом? Все это наводит на парадоксальную мысль: в России, похоже, реализуется иранская модель политического устройства страны. Вспомним минувшую осень, канун выборов в Думу и сущую истерию, которая развернулась в стране под лозунгом: "Владимир Путин — наш национальный лидер". Так вот в Иране идея национального лидера, одновременно и светского и духовного, законодательным образом оформлена и отражена в Конституции. Первое лицо государства не президент, а этот самый лидер, по-персидски "рахбар", второе значение –"вождь". Почти 20 лет эту должность занимает Аятолла Хаменеи, сменивший основателя Исламской Республики имама Хомейни. Реальная власть в стране принадлежит ему и подчиненному ему совету, в который входят высшие авторитеты шиитского духовенства, в основном придерживающиеся крайне консервативных взглядов. Каких взглядов при этом придерживается глава исполнительной власти – не особенно важно. В 1997 году президентом Ирана стал либеральный богослов Мухаммед Хатами. Его президентство прошло под знаком перемен, пусть незначительных послаблений, оттепели. В консервативном Иране стали говорить о терпимости, казалось, не за горами отмена обязательного ношения хиджаба, запрет на употребление алкоголя, отмену жестоких публичных казней. Но эпохе просвещения не суждено было наступить. Пробыв на посту президента Ирана два срока, Хатами оставил свой пост, а на смену ему пришел фанатичный, оголтелый консерватор и открытый антисемит Махмуд Ахмадинежад. Одиозный политик быстро свернул начатые предшественником реформы. В Иране забыли о попытках что-либо менять, либерализм остался в прошлом и воцарилась стабильность, поддерживаемая ядерными амбициями, армией, спецслужбами и корпусом стражей Исламской революции — этакая иранская версия повзрослевших "Наших", только до зубов вооруженных и владеющих гигантскими государственными активами и денежными фондами.

Еще об одной тенденции последнего времени: явно смягчилась жесткая антизападная риторика, прежде звучавшая из уст президента и других высокопоставленных руководителей страны. Это было особенно заметно на минувшей неделе в дни визита в Москву государственного секретаря Соединенных Штатов Кондолизы Райс и министра обороны США Роберта Гейтса. В Кремле их приняли так любезно и радушно, что американцы, как мне показалось, даже немного растерялись от неожиданности. Заявление министра иностранных дел России Сергея Лаврова по итогам переговоров были выдержаны в лучших традициях прошлых лет, когда американо-российские отношения были на подъеме, мол, все прекрасно, все проблемы решаются, все наши тревоги услышаны, если о чем не договорились, то обязательно договоримся в ближайшем будущем, даже по поводу размещения американских систем ПРО на территории Польши и Чехии. В общем, чудо какое-то, как будто мюнхенской речи Путина и всей прочей трескучей антизападной риторики и не было. Но на самом деле, на мой взгляд, все вполне логично и закономерно. Были выборы – сначала думские, потом президентские. Как и предсказывала наша программа еще год назад, во время этого предвыборного цикла главным лозунгом власть обязательно изберет лозунг борьбы с каким-нибудь врагом. Поскольку все враги внутренние уже побеждены, то пришлось выбирать в качестве главного лозунга лозунг внешних врагов, которые затаились, подползли к матушке России со всех сторон, окружили ее и не хотят, чтобы она, мол, с колен подымалась. И обывателя вот этими самыми врагами всячески пугали, стращали, ну и кроме того щекотали его уязвленное, - и ложно понятое, я бы добавил, - национальное самолюбие полетами стратегических бомбардировщиков и выходами военных кораблей в открытый океан. Но – все, выборы закончились. Теперь Америке и остальному Западу тоже говорят: "Ребята, все, выборы закончились, забудьте, опять живем дружно". Еще одна очевидная тенденция последних дней – свертывание деятельности одиозных молодежных движений и организаций, которые, положа руку на сердце, - и это, я думаю, прекрасно понимали в Кремле, - компрометировали российскую власть. О том, что рано или поздно деятельность этих организаций будет мягко свернута, говорили и раньше, но неофициально. Однако на этой неделе сразу два движения – "Россия молодая" и "Молодая гвардия" "Единой России" – объявили о своей переориентации. "Россия молодая" выбрала себе другую цель – вместо оппозиции она теперь будет бороться, просто страшно сказать, с церковью сайентологов. А молодые "единороссы" вовсе решили прекратить уличные акции. Информированные источники говорят, что молодежным движениям урезали финансирование, а в конце концов могут его и вовсе прекратить по тем или иным причинам, в той или иной форме. Почему все-таки это происходит, разбирался Евгений Бунтман.