ВЛАСТЬ И СОБСТВЕННОСТЬ

Я приветствую всех, кто в эту минуту смотрит телеканал RTVi и слушает радиостанцию "Эхо Москвы". Это программа "Власть" и я, ее ведущий Евгений Киселев. Смотрите и слушайте наш совместный проект каждую пятницу в 8 вечера по московскому времени. Сегодня 28 марта 2008 года. До конца второго президентского срока Владимира Путина остается 40 дней. Столько же, 40 дней, до вступления Дмитрия Медведева в должность президента России. До окончания тюремного срока Михаила Ходорковского 1305 дней. На минувшей неделе в центре внимания оказался человек, который сыграл в судьбе Ходорковского и его компании, бывшей компании, ЮКОС, не последнюю роль – прежний глава Министерства по налогам и сборам, а ныне министр обороны Анатолий Сердюков. В его ведомстве сейчас неспокойно: оттуда приходят сведения о генералах, ушедших в оппозицию, то появляются слухи другого рода, которые тут же резко опровергаются. По всей видимости, "яблоком раздора" стали революционные предложения министра, прежде всего решение начать распродажу активов военного ведомства. Подробнее о ситуации в Министерстве обороны материал Евгения Бунтмана.

Первые признаки недовольства в Министерстве обороны появились неделю назад, когда в прессу просочилась информация о том, что глава Генштаба Юрий Балуевский подал рапорт об отставке. А в понедельник разорвалась настоящая бомба. Сразу две газеты – "Известия" и "Независимая" – опубликовали материалы о бунте в Министерстве обороны. Позже, конечно, военное ведомство всё свалило на непорядочных и безответственных журналистов. Но совершенно очевидно, что это был, как говорится, целенаправленный слив из министерства. Сложно представить, чтобы в каком-либо силовом ведомстве при нынешней системе властной вертикали подчиненные взбунтовались против своего начальника. На ум приходит разве что конфликт Госнаркоконтроля с ФСБ – но это всё-таки борьба двух служб за власть, а не бунт. Подобрать другое определение для того, что происходит в Минобороны, сложно. В двух статьях, мало чем отличавшихся друг от друга, обозначались несколько поводов для недовольства. Первое, и главное, - это грядущая приватизация военной собственности. Когда нынешний министр обороны Анатолий Сердюков был назначен на свой пост, это стало поводом для многочисленных насмешек – мол, пришел какой-то мебельщик, которого взяли на работу только потому, что он питерский. Но Сердюков, помимо дел мебельных, занимался еще и налогами. И сразу начал наводить порядок в финансах и хозчасти. Полетели погоны, кто-то отправился в запас, кто-то – на пенсию. Самой громкой стала история с генерал-полковником Власовым, главным квартирмейстером Минобороны, отвечавшим за предоставление жилья военнослужащим. Власов застрелился в своем служебном кабинете, и многие связывают это с проверками в его ведомстве. Открытые поводы для жалоб другие: сокращение штатов, например, лишение погон военных врачей, журналистов и юристов. Это, конечно, важно, в частности, для популярности министра, но главу ведомства не выбирают, его назначают сверху; или же Балуевский, недовольный переводом штаба ВМФ в Петербург. Но глубинная причина негодования, конечно, распродажа непрофильных активов Минобороны. Генералам за последние полтора десятилетия пришлось пережить многое. Не хватало топлива для самолетов, которые стояли и ржавели, а пилоты не могли налетать положенное количество часов. Генералы это стерпели, как стерпели и нехватку современного оружия и техники – в последнее время российская оборонная промышленность работает в основном на экспорт, и новейшие самолеты, танки и зенитно-ракетные комплексы получают, скажем, страны Ближнего Востока или Северной Африки. Но когда речь зашла о распродаже активов, в министерстве взвыли. Еще с советских времен у военных оставались бесчисленные полигоны, стройки, заводы, леса, озера, дома и целые поселки. Возможно, Сердюкова поставили во главе ведомства именно для этого – превратить пустыри в хрустящие деньги, а потом и в квартиры для офицеров, на которые государство раскошелиться никак не может.Впрочем, генералы опасаются, что распродажа активов – это бизнес-проект, не имеющий никакого отношения к проблемам военнослужащих. Опасения вполне закономерные, если вспомнить нашумевшую историю с аукционом, который в начале 90-х устроил министр обороны Грачев, когда дачи ушли нужным людям по заниженным ценам. То же может произойти и с военным городком рядом с Рублевкой – это один из первых объектов, который будет выставлен в этом году на торги. До сих пор генералитету удавалось одерживать победу над любой инициативой сверху. В 92-м году Грачеву назначили первого зама – штатского человека Андрея Кокошина, разработавшего реформу военного строительства, одним из главных пунктов которой был переход к профессиональной армии. Генералы реформу старательно саботировали: Грачев, ветеран Афганистана и боевой десантник, не мог не понимать, что это здравая идея, и даже публично выступал за реформу, но ничего с нижестоящими офицерами сделать не мог. Следующие министры – кадровые военные Игорь Родионов, а затем и Игорь Сергеев всячески откладывали перемены, руководствуясь прежде всего интересами ведомства, которое все больше превращалось из Министерства обороны в Министерство строительства дач и повышения благосостояния высокопоставленных военных. Наконец, штатский министр обороны, Сергей Иванов, реформу окончательно похоронил. Теперь уже ясно, что перехода на полностью контрактную армию не будет, равно как и альтернативной службы, превращенной в позорную каторгу, право на которую еще надо доказать. При всем различии министров все они соблюдали главное правило – не покушаться на святая святых – финансы ведомства. Сердюков это правило нарушил, и получил бунт. Что в нынешней ситуации не может не внушать опасений: центр власти, по всей видимости, переместится в Белый дом к Путину. А силовики останутся в подчинении президента – Медведева. Пока вроде бы у Сердюкова преимущество – информацию об отставках гневно опровергли, Балуевский пока остается главой Генштаба. Но всё может измениться, если военные начнут шантажировать Кремль своей лояльностью.