РЕПОРТАЖ

Я приветствую всех, кто в эту минуту смотрит телеканал RTVI или слушает радио "Эхо Москвы". Это программа "Власть" и я, ее ведущий Евгений Киселев. Смотрите, слушайте нас каждую пятницу в 8 вечера по московскому времени. (Обрыв в записи)…на улицах и конференции в Кремле, пожалуй, так торжественно впервые за три года, когда День Конституции перестал быть выходным, а стал обычным рабочим днем. Решение это, на мой взгляд, было во многих отношениях очень показательным. Кстати, сегодня во время выступления президента Медведева на той самой кремлевской конференции, посвященной Дню Конституции, известный оппозиционер, лидер молодежного движения "Мы", журналист Роман Доброхотов, попытался выразить протест против недавних поправок в Конституцию, продлевающих срок пребывания президента у власти с четырех до шести лет. Он выкрикнул с места: "Позор поправкам!", после чего его задержали сотрудники ФСО и увели, хотя президент Медведев с трибуны сказал, что делать этого, вообще-то, не стоит. Но офицеры правительственной охраны его не послушали, что тоже красноречивая деталь. Еще более красноречивым выглядит принятое в третьем, решающем чтении Государственной Думой решение внести поправки в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации – поправки, которые отменяют суд присяжных при рассмотрении дел о преступлениях антигосударственной направленности, в частности, дел о терроризме, шпионаже, массовых беспорядках. Эти дела отныне будут рассматривать коллегии из трех судей. Вспоминая, как много было в недавнем прошлом весьма спорных, я бы даже сказал скандальных процессов по делам по обвинению в терроризме, так называемых "шпионских" дел ученых, дел о возбуждении массовых беспорядков, можно себе представить, какие огромные соблазны возникают перед властью по части использования правосудия в политических целях, если того вдруг потребует изменение обстановки в стране в ситуации углубляющегося экономического кризиса. И как тут людям постарше, которые лучше знают и помнят отечественную историю, не вспомнить 1 декабря 1934 года, когда после убийства Кирова были приняты решения, предельно упростившие процедуру уголовного делопроизводства: знаменитые "тройки" и все, что с ними связано. И, конечно, как раз, прямо будто подгадана под очередной День Конституции, история с бывшим адвокатом ЮКОСа Алексаняном. Подробности в материале Евгения Бунтмана.

Судебное дело ЮКОСа – это на самом деле четыре человеческих судьбы. Это Михаил Ходорковский, которого то отправят в карцер за интервью, то откажут в условно-досрочном освобождении за то, что он не освоил профессию швеи-мотористки. Это Платон Лебедев, которого, несмотря на болезнь, отправили в колонию не куда-нибудь, а за Полярный круг. Это Светлана Бахмина, которая так и не дождалась ни УДО, в котором не было никаких причин отказать, ни помилования от президента. За беременную Бахмину вступались все, кто только мог: либералы и консерваторы, обычные граждане и деятели культуры. Но миловать Бахмину никто не стал, чтобы не создавать опасный прецедент. И если у кого-то и после этого были сомнения в позиции нынешней власти по делу ЮКОСа – то уж теперь, после истории с Алексаняном, они должны отпасть окончательно. Это дело даже в общем ряду стоит особняком. Казалось бы, решение Мосгорсуда выпустить Алексаняна под залог можно счесть гуманным: ну, как же, ведь адвокат и общественность просили изменить меру пресечения – вот она и меняется. Но когда была оглашена сумма залога – 50 миллионов рублей, то есть чуть менее 2 миллионов долларов – отношение сразу изменилось. Многим представляется, что сумма не такая уж большая, дескать, неужели коллеги по ЮКОСу не соберут? Нет, могут и не собрать. Одни сидят по тюрьмам, а другие давно уехали за границу и в желании оказать материальную поддержку Алексаняну не замечены. Адвокат Алексаняна Елена Львова в эфире "Эха Москвы" призналась: сумма неподъемная и найти ее, возможно, не удастся. Нет больше никаких мифических богатств ЮКОСа, все они уже давно конфискованы, активы распроданы на аукционах. Нет никакой кубышки, в которой воображаемые олигархи хранят свои деньги, награбленные у народа. Да, Алексанян получал в ЮКОСе большую зарплату, но сейчас его имущество полностью арестовано, и получается, что залогом должны озаботиться его родители. Издевательскими выглядят и условия. Непременной для освобождения является явка в суд по первому требованию. А Алексанян уже год не ходит на заседания, поскольку просто не в состоянии подняться. Он тяжело болен, болен смертельно, без перспективы на выздоровление, – об этом открыто говорит его адвокат Елена Львова. Тем не менее, сколько усилий потребовалось для того, чтобы добиться минимального послабления режима. Алексаняна перестали приковывать цепью к больничной койке только после вмешательства Общественной палаты и уполномоченного по правам человека. Арест заменили залогом только тогда, когда стало очевидным: Алексанян не только не сбежит за границу, но и не сможет самостоятельно покинуть палату. Уже через неделю, возможно, обретет свободу Светлана Бахмина – ей предстоит новый суд по УДО в Мордовии. Может быть, ее и отпустят. Но на помилование новый российский президент так и не решился. Об этом можно забыть. Круг замкнулся. Одноклассница Светланы Бахминой, с письма которой и начался сбор подписей, получила ответ на письмо, адресованное президенту. Только ответил ей не Медведев, а генерал-майор Мальков, работающий в Мордовском УФСИН. Ответ такой: перечислены решения судов, отказавшихся освободить Бахмину, а в конце приписка "можете обжаловать данное решение в вышестоящей организации, суде, прокуратуре". Точка. И никакого милосердия, о котором просили президента.