ПОЛИТИЧЕСКИЕ ИГРЫ

Приветствую всех, кто в эту минуту слушает радио «Эхо Москвы» или смотрит телеканал RTVi. Это программа «Власть» и я, ее ведущий, Евгений Киселев. Как всегда, смотрите и слушайте нас по пятницам, в 8 вечера по московскому времени. Начнем сегодня с внешней политики. В минувшие выходные прошла знаменитая Международная конференция по вопросам безопасности в Мюнхене. В свое время именно в Мюнхене Владимир Путин, тогда еще президент России, произнес свою знаменитую речь, которая означала поворот к ухудшению отношений между Россией. США и другими странами запада. Во всяком случае, видимому ухудшению. А теперь Мюнхенскую конференцию многие аналитики считают знаковым событием на пути изменения отношений между нашей страной и внешним миром в лучшую сторону. Подробнее об этом – в нашем материале, который представит мой коллега Евгений Бунтман.

Со времени знаменитой мюнхенской речи Владимира Путина, которой он изрядно напугал Запад, прошло два года. А кажется – целая вечность. На последней конференции по безопасности в столице Баварии атмосфера была совсем другой - значительно более мирной, менее агрессивной. Россию, правда, представлял далеко не самый влиятельный министр – заметно утративший влияние вице-премьер Сергей Иванов, вряд ли это тот уровень, на котором надо вести переговоры с вице-президентом Джо Байденом. Но и та, и другая сторона всем своим поведением показали, что готовы, как выразился Байден, провести полную перезагрузку. Последние заявления дают понять, что российская внешняя политика отчасти меняется – вместо безапелляционных утверждений и угроз – настоящая дипломатия. Например – мы готовы сделать то-то, если США сделают это. И никаких слов про «некоторые государства, стремящиеся подчинить своей воле остальных». Это уже больше похоже на переговоры равных партнеров, готовых обсуждать даже американскую ПРО и рассматривать разные варианты. Нельзя сказать, что это политика вопреки воле нынешнего премьера, в 2007 пугавшего Запад. Это похоже на осознанную прагматическую дипломатию, цель которой – не убеждать всех в величии страны и в ничтожности остальных, а вести политическую торговлю в общепринятых рамках. Конечно, есть вещи, которые никто обсуждать не намерен – например отношение к Абхазии и Южной Осетии. Но и непохоже, чтобы это стало поводом для раздора. Есть, правда, одна оговорка: никто не сомневается в том, что именно Россия потребовала закрыть базу США в Манасе – но это тоже может быть предметом нормального политического торга и с американцами, и с Киргизией. Но при этом Россия параллельно ведет политику и методами, прошедшими испытания в последние годы. Это политика газового вентиля. Россия и Европа наперегонки с Европой договариваются с поставщиками газа. Например, чешский премьер Мирек Тополанек едет в турне по средней Азии и Азербайджану – чтобы договориться о будущем газопровода «Набукко». А ровно в это время президент Медведев принимает турецкого лидера – и обсуждает с ним увеличение поставок в Турцию российского газа. Россия не может допустить того, чтобы Европа отказалась от прежних маршрутов – ведь это не только потеря денег, но и утрата влияния – практически единственного метода убеждения Европы для Москвы. Поэтому можно предположить, что в целом внешняя политика осталась прежней, а последние положительные сигналы – это скорее заслуга Обамы, с которым Россия надеется найти компромисс.

Сегодня многие мировые телевизионные агентства, в частности, агентство «Рейтер-Телевижн», распространили фрагменты большого интервью Дмитрия Медведева, которое полностью будет показано в будущее воскресенье, послезавтра, это интервью государственному телеканалу «Россия», где, в частности, Медведев касается вопросов внешней политики и возможные предстоящие встречи с новым президентом США Бараком Обамой.

Надеюсь, что мы сможем встретиться и обсудить все вопросы, которые сегодня стоят в повестке дня между Россией и Америкой, таких вопросов накопилось немало. Я считаю, что разговор должен быть открытым, честным, и надеюсь, продуктивным. Те сигналы, которые я сегодня получают из США, из администрации президента и от самого нового президента США, они обнадеживают, это сигнал к тому, что наши коллеги хотят работать. Мы тоже на это очень рассчитываем.