РЕДАКЦИОННЫЙ КОММЕНТАРИЙ

Приветствую всех, кто подключился к программе «Власть». На минувшей недели, пожалуй, не было темы, которая обсуждалась бы журналистами и политологами с большим темпераментом, нежели история с новыми кадровыми решениями президента Медведева - о них мы сегодня уже упомянули - я имею в виду отставку нескольких губернаторов, в том числе, патриарха губернаторского корпуса Егора Строева, бывшего председателя Совета Федерации, возглавлявшего Орловскую область аж 16 лет. Многие заговорили после этого – ну вот, наконец-то, Медведев начинает расставлять своих людей, наконец-то, он взялся за монстров региональной политики, так, мол, недалеко и до Шаймиева, Рахимова, Росселя и, страшно сказать, Лужкова. То есть, руководителей наиболее важных в политическом и экономическом отношении регионов, которые находятся у власти бессменно с начала 90-х гг. Но еще больше разговоров, споров и пересудов вызвала публикация на кремлевском сайте «Кремлин.ру» документа, который озаглавлен «Список лиц, включенных в первую сотню резерва управленческих кадров, находящихся под патронажем президента РФ». Этот документ все бросились изучать под лупой, вдоль и поперек – как всегда, в поиске великих признаков грядущей оттепели, грядущих перемен. Тему продолжит очередной редакционный комментарий нашей программы. О том, что всевозможные списки кадровых резервов существовали в разные времена, мы, как минимум, догадывались. Но действительно такого – чтобы на официальном сайте президента России вывесили, если угодно, перечень медведевских фаворитов, - такого не было никогда. Более или менее понятно, зачем это сделано – Кремль посылает сигнал «граду и миру»: посмотрите, сколько у нас на подходе талантливых, грамотных, энергичных молодых людей, в том числе, известных своими вполне либеральными, демократическими взглядов – вот-вот они займут командные высоты во власти, вот она, медведевская «оттепель», вот она, команда Медведева, и не надо утверждать, что ее нет. Действительно, в президентской первой сотне полно прекрасных людей и отличных специалистов, таких, например, как ректор Российской экономической школы Сергей Гуриев или главный экономист Сбербанка России Ксения Юдаева, или один из бывших лидеров партии «Яблоко», в прошлом министр финансов, а ныне президент банка ВТБ-24, Михаил Задорнов. Список достойных имен можно продолжить. Можно даже допустить, что это не только упражнения в области пиара, что в условиях кризиса Медведеву приходится исправлять перекосы прежней кадровой политики, когда люди рекрутировались во власть исключительно по принципу личного знакомства и личной преданности первому лицу государства. Слава богу, что в медведевской первой сотне есть не только бывшие сотрудники Комитета по внешним связям администрации Петербурга, соученики, сослуживцы по КГБ, соседи по даче В.Путина. Впрочем, и в списке резервистов нового президента такие люди попадаются. К примеру, новоиспеченный псковский губернатор Андрей Турчак – даже при беглом знакомстве с его биографией выясняется, что отец «молодогвардейца» «Единой России» Андрея Турчака - генеральный директор и акционер одной из крупнейших питерских военно-промышленных компаний, который, к тому же, занимался дзюдо с В. Путиным. Но главная беда в другом - совершенно непонятно, как этот список сформирован, что нужно сделать для того, чтобы попасть в эту «золотую сотню». Механизм формирования правящей элиты, если ее так можно называть, остается абсолютно непрозрачным, и вне контроля со стороны СМИ и общества. Правила игры в российской кадровой политике не прописаны, но самое главное - если кто-то, увидев «золотой» медведевской сотне знакомую фамилию готов прослезиться и сказать – ну, наконец-то, вот она, медведевская «оттепель» наступила, - он окажется глубоко неправ. Потому что главное событие – не публикация этого списка, а объявление о том, что 3 марта в Хамовническом суде Москвы начнется новый процесс над Михаилом Ходорковским. И, скорее всего, там ему дадут новый срок, еще больший, чем по первому делу. Потому что режим изменится только тогда, когда Ходорковский выйдет на свободу. Пока он сидит в тюрьме, все разговоры об оттепели, о либерализации режима, о реформах – не более чем жалкий лепет.