ГЛАВНАЯ ТЕМА

Теперь мне хотелось бы вернуться к разговору с гостем нашей сегодняшней программы – напомню, у нас в гостях сегодня Евгений Гонтмахер, член правления ИНСОР, который неоконсерваторы, стойкие "путинцы", стойкие государственники, современные охранители называют публично чуть ли не гнездом либералов, которые пытаются вбить клин в отношения межу Дмитрием Медведевым и Владимиром Путинным и подбрасывают, как говорил Михаил Горбачев, - «подбрасывают» нам всякие идейки насчет «оттепели», которой на самом деле нет и не будет. Как вам кажется. Евгений Шлемович, все-таки, что касается Бахминой – это решение имеет какое-то политическое значение. Или, как выразился мой коллега Леонид Радзиховский в коротком и весьма категоричном комментарии – политическое значение освобождения Бахминой равно нулю – точка. Как вы думаете?

Я бы согласился с Леонидом. Я, конечно, рад, и все, кто также как я, подписывал обращение в пользу ее освобождения - все мы рады за эту женщину, за то, что она вернулась в семью, но эстетика того, как это происходило – на протяжении вот этих долгих месяцев, - эстетика, конечно, радовать не может. Все эти отказы в УДО, которые были там, по месту, где она проходила свое заключение. Потом все эти потери документов какие-то, какая-то таинственность вокруг того, дошло это или не дошло. У меня ощущение, что просто не было у властей другого выхода в этой ситуации информационно-общественной, просто как действительно принять такое решение – она безупречно себя вела в колонии, у нее все самые лучшие характеристики, она не совершила никакого тяжкого преступления, и так далее. Поэтому я действительно считаю, что политического значения никакого это дело не имеет. Но мы же тут улавливаем с вами какие-то микро-факты: например, вчера, во время процесса над Ходорковским и Лебедевым, что более существенно, например, прекратили трансляцию журналистов в тот зал, где они до этого сидели, могли спокойно смотреть, как это все проходит. А ведь сейчас началась самая важная фаза процесса, фаза судебного следствия, когда соревнуется защита, обвиняемые и прокуратура.

Извините, я вас перебью - давайте не будем углубляться в тему процесса, потому что она у нас в программе стоит отдельно , мы вами на эту тему еще поговорим. Но я вот что хотел бы вас спросить, все-таки – существует сейчас реальная борьба между «ястребами» и «голубями», борьба между теми, кто вбивает клин между Путиным и Медведевым и теми, кто хотят сохранить все как есть, на самом деле? Ваш коллега, руководитель, научный руководитель ИНСОРа Игорь Юргенс, выступая в нашей передаче пару недель, назад сказал, что есть партия Шувалова и есть партия Сечина. Вы к какой партии принадлежите?

Я ни к какой партии не принадлежу, потому что я не работаю в Белом доме, но должен сказать, что сейчас действительно есть в нашей высшей политической элите два таких как бы настроения, которые между собой конкурируют. Первое настроение: ничего не менять из того, что сложилось в последние годы, - ни в экономическом смысле, ни в политическом смысле, - мы слышали слова, например, Суркова – мол, не раскачиваете нашу политическую лодку. В экономическом плане есть такая точка зрения. А есть люди, которые хотели бы что-то все-таки поменять. В частности, Игорь Иванович Шувалов проводил у себя не так давно совещание с экспертами, где интересовался, в чем суть модернизации экономической и социальной, что говорит о том, что человек - все-таки первый вице-премьер, - этот вопрос ему небезразличен. Поэтому вот эта борьба, хотя я бы не называл ее борьбой, это борьба за то, чтобы, видимо, убедить премьера, прежде всего - Владимира Путина, - в том, что надо либо действовать по старинке, как это все у нас было заведено, или действительно, к чему-то идти, проводить какие-либо реформы.

Тем не менее, вы сами клин вбиваете между Путинным или Медведевым?

Евгений Алексеевич, участие в такой передаче как ваша, - да. Потому что в свое время, когда вы меня пригласили, и мы с вами гипотетически обсуждали, кто может быть другим премьером после В.В.Путина, и были названы какие-то фамилии, на следующий день г-ну Юргенсу был звонок из администрации, где было сказано: зачем вы вбиваете клин между Путиным и Медведевым? То есть, получается так, что даже гипотетически обсуждать уход Владимира Владимировича – но рано или поздно, наверное, - может быть, он еще раз президентом будет, или будет еще каким-то нашим руководителем, но обсуждать это - табу получается. Но вообще это шутка, в которой есть только доля шутки. Это факт - то, о чем я только что сказал. Но то, что мы сейчас с вами обсуждаем, например, кто чем должен заниматься и то, что я, например, сказал, что правительство, с моей точки зрения, должно заниматься текущими делами и действительно решать острые проблемы, которые сейчас стоят – их много, и мы видим, что В.Путин очень много ездит по регионам, общается с конкретными людьми, решает конкретные проблемы, а президент должен заниматься сейчас выработкой стратегии, - конечно, какие-то недоброжелатели могут расценить, что это мы вбиваем клин между Путинным и Медведевым. На самом деле я считаю, что сейчас между ними складывается некий баланс - вот год прошел, как Медведев стал президентом, - и мы видим, что пока этот баланс есть. То есть, правительство во главе с Путинным занимается все-таки больше текучкой, - собственно, как оно должно заниматься, а президент занимается внешней политикой и все-таки тем, что хочет понять, что будет с Россией через несколько лет. Мне кажется это абсолютным нормальным, что будет дальше, я не знаю, но расценивать это как вбивание клина – наверное, это смешно. Это наши политические противники, как вы их назвали. Ну, конечно, они никакие не противники, мы к ним относимся достаточно…

Нам подбрасывают.

Понимаете, как вам сказать – они имеют право на свою точку зрения, и мы имеем право на свою точку зрения. Они же говорят, что мы живем в свободной демократической стране, и мы из этого тоже исходим.

К вопросу о свободной демократической стране – послезавтра выборы мэра Сочи, где совершенно неожиданно сложился достаточно увлекательный сюжет – вопреки всем прогнозам оппозиционера Бориса Немцова допустили до этих выборов – если в последний момент только не снимут. И теоретически есть возможность второго тура, а там, уж как во втором туре обстоятельства сложатся, вообще никто не знает. Дл вас это является каким-то сигналом перемен? Как и визит в ваш институт Д.Медведева, как и его интервью «Новой газете», откровенно оппозиционному изданию. Или это такая, что называется, игра, рассчитанная на наивную публику?

Нет, знаете, что касается выборов в Сочи, я это расцениваю как факт достаточно серьезный. Потому что мы видели на всех прошлых выборах. В том числе и местных, когда снимали в два счета любых кандидатов – любых, даже самых сильных и авторитетных, и, несмотря на потом всевозможные обжалования, все дело было, что называется, закрыто. В данном случае все-таки Борису Немцову дали возможность хотя бы встречаться с населением города Сочи. Да, там информационная блокада, я так понимаю, с точки зрения местных СМИ, но город небольшой, и он все эти дни может ездить, и я знаю, что он ездит, встречается, говорит о своих программах. В этом смысле я немножко удивлен, потому что Сочи – это непростой российский город. Конечно, шансов у него на выигрыш, как мне представляется, очень мало. Но хотя бы выход во второй тур, если он будет, конечно, второй тур. Потому что насколько я знаю, там сейчас идет вопрос, выиграет г-н Пахомов в первом туре, или будет все-таки второй тур. Выход Немцова во второй тур – я буду считать, что это, конечно, достаточно интересно - вот в этом смысле это знак, что что-то может поменяться, по крайней мере, на местах.