ГЛАС НАРОДА

Ну, а теперь я хотел бы вернуться к разговору с Евгением Гонтмахером. Евгений Шлемович, скажите, пожалуйста. Вот я вам задал вопрос, есть ли данные социологов? Располагаете ли вы данными социологов, которые свидетельствуют о том, что есть серьезные основания опасаться массовых выступлений протеста в случае, если экономическая ситуация в стране будет ухудшаться. Не случайно задаю этот вопрос, потому что очень часто, скажем так, подчеркнуто лояльные к нынешней власти – как к президенту, так и к правительству – обозреватели-публицисты говорят о том, что «не дождетесь». Все социологические опросы свидетельствуют о том, что никто на улицу идти не хочет.

Ну, Евгений Алексеевич. Если говорить в целом о России, в целом о Российской Федерации, то, действительно, последние социологические опросы разных центров – и Левада-центра, и ФОМ, и ВЦИОМа – они показывают примерно одинаковую цифру. Что готова выйти с протестными акциями примерно треть опрошенных. Но мы все прекрасно понимаем, что, что это за треть? Это люди, которые в своей массе, ждут, когда кто-то выйдет первый. Вот мы знаем поведение, которое присуще для нашего российского общества. И действительно, говорить о том, что треть людей готовы завтра сами выйти из квартиры и там перекрывать улицы или устраивать какие-то манифестации – это не так. Безусловно, протестный потенциал в целом нашего общества очень небольшой по многим причинам – и историческим, и объективным причинам. Потому что большая часть нашего общества, конечно, пока еще кризис не почувствовала. Но вот тут я хочу сказать, что в отдельных точках, таких как Пикалево, и таких точек у нас, к сожалению, довольно много – там протестный потенциал накопился очень и очень большой. И там достаточно какой-то буквально спички, какого-то совершенно случайного события. Вы знаете, с чего начались в Пикалево вот эти конкретные акции протеста? Они начались с того, что отключили горячую воду в домах.

Напомните, пожалуйста.

Да. Ведь, вот эти 3 завода – они стоят уже достаточно давно. И люди, действительно, давно не получают заработную плату, но как-то худо-бедно люди там жили. Конечно, им было это все неприятно. Но буквально несколько дней назад за долги одного из этих заводов местная ТЭЦ перестала подавать в дома жителей горячую воду. И вот это стало последней каплей, которая вывела людей на улицы. Казалось бы, горячая вода - какое имеет отношение к работе, к занятости, к заработной плате? Тем более сейчас лето, когда, вы знаете, в России традиционно начинают отключать, вроде бы, горячую воду. Но этого оказалось достаточно, чтобы люди вышли. Поэтому как раз вот здесь мы имеем дело со средней температурой по больнице, когда говорим о средних данных по Российской Федерации. Да, в Москве думаю, что такой протестный потенциал очень низок и практически невозможен, или в Петербурге, или в каких-то такого рода городах. Но в этих точках типа Пикалево, в этих моногородах может быть, к сожалению, все что угодно. К сожалению, вот я вынужден делать такой вывод для себя, и это не только мой вывод, это вывод моих многих коллег.

Но при этом, согласитесь, судьба власти, судьба режима решается не в Пикалево, а в Москве, в Петербурге.

Совершенно правильно. Я считаю, что, конечно, вот эти локальные бунты, локальные волнения – они вряд ли приобретут массовый характер. Здесь как раз отличия от позднесоветского времени, вот как была всесоюзная шахтерская забастовка. Этого не будет по очень простой причине. Потому что наша политическая система – она не сформировала нормальную, цивилизованную оппозицию, которая могла бы взять на себя, канализировать вот это недовольство и цивилизованно выйти на переговоры с властью. Потому что у нас либо люди деградируют и в этих своих городах едят очистки от картофеля и тихо умирают, извините, либо они выходят вот на такие, с моей точки зрения, конечно, нежелательные бунты как перекрытие, например, автомобильных дорог. Кстати говоря, у нас наши средства массовой информации, особенно телевидение наше федеральное – оно же не понимает, что оно дает сейчас очень хорошие примеры, показывая, например, во всех цветах Грузию. Когда там оппозиция перекрывает уже не просто дороги – помните? Они же выходили, перекрывали железнодорожный вокзал, они пытались перекрыть аэропорт. Это у нас показывают с большим удовольствием, потому что понятно, что, вот, как оно бывает там. И должен сказать, что вот эти инциденты нежелательны. Но вы абсолютно правы: это очень нервирует тех, кто сидит в Москве. Очень нервирует. Потому что, ну, поездка Владимира Владимировича Путина в Пикалево – я не знаю, она состоится или нет, вот на данный момент у меня такой нет информации – но само по себе это акт отчаяния. Потому что в каждое такое Пикалево председатель правительства съездить точно не сможет. И все равно надо принимать какие-то системные решения, которые связаны с экономической, финансовой политикой в стране, которая идет очень глубоко в кризис.

Вот как раз об экономической и финансовой политике в стране. У вас была другая заметная публикация – «Судьбоносная дата в социальной модернизации России». Мы ее с вами обсуждали в конце апреля, когда вы в прошлый раз были гостем нашей программы. Кто не помнит, я напомню. Вы опубликовали, опять-таки, в «Ведомостях» статью, в которой говорили, что от того, какой проект бюджета будет внесен 25 августа 2009 года, а позднее, чем 25 августа 2009 года, по закону нельзя внести проект бюджета в Государственную Думу – от этого будет многое зависеть. И, собственно, по проекту бюджета мы можем обо многом судить. Собираются ли не просто бороться точечными методами с кризисом наша нынешняя власть, а собираются ли они реально модернизировать страну. И, кроме того, там же, в той же статье и в нашей с вами беседе вы справедливо указывали на то, что первым важнейшим индикатором будет содержание бюджетного послания президента, которое до конца мая должно быть опубликовано. И вот свершилось. Значит, бюджетное послание Дмитрия Медведева было не просто опубликовано, он лично на прошлой неделе выступил на заседании высшего руководства страны. Там были и премьер-министр, и ключевые министры правительства, и руководители палат Федерального собрания, с этим самым бюджетным посланием. И что? О чем вы можете судить? Потому что я знаю, очень многие обозреватели откровенно разочарованы.

Ну, Евгений Алексеевич, я думаю, что эти обозреватели не все прочитали само бюджетное послание. Потому что Медведев представил его только в виде 10 тезисов, которые были оглашены им. Эти 10 тезисов, действительно, носят такой, достаточно общий, пожелательный характер. Но сам текст послания, я его внимательно изучил и даже опубликовал уже... Кстати говоря, в Российской газете, которая является органом правительства, я опубликовал свое мнение. В целом я считаю, что свою задачу президент на данном этапе выполнил, как это может ни показаться каким-либо, я бы сказал, радикальным обозревателем. И кстати говоря, косвенным признаком того, что это послание достаточно серьезный документ, над которым надо очень внимательно работать, косвенный признак вы знаете. Ведь правительство теперь собирается вносить бюджет не 25 августа 2009 года, а сейчас готовятся поправки в Бюджетный кодекс, потому что тоже закон, правительство собирается вносить до 1 октября 2009 года. Вы понимаете, что это не просто техническая заминка.

И что это означает?