ГЛАВНОЕ СОБЫТИЕ

В эфире на телеканале RTVi и на волнах радио «Эхо Москвы» очередной выпуск программы «Власть». В студии программы ее ведущий Евгений Киселев. Больше всего разговоров в эти дни, безусловно, о решении президента США Барака Обамы отказаться от программы размещения элементов американской системы ПРО в Европе – в Польше и в Чехии. Об этом сегодня наш редакционный комментарий. Короткое заявление президента США, в котором он сообщил, что отказывается от планов разместить в Польше ракеты-перехватчики, а в Чехии радары раннего обнаружения, вызвало бурю комментариев. Большинство наблюдателей сходится во мнении, что ход президента ослабит напряженность в отношениях с Россией. Однако подогреет давние страхи, бытующие в странах Центральной и Восточной Европы, бывших союзниц СССР по социалистическому лагерю относительно возрождающегося имперского влияния Кремля. Решение Белого дома продиктовано желанием заручиться поддержкой России в делах, связанных с Афганистаном, Ираном и контролем над ядерными вооружениями. С военной точки зрения, по словам представителя Пентагона, решение отказаться от размещения ПРО в Чехии и Польше вызвано последними сообщениями разведки, которые указывают, что Иран сосредоточился на разработке ракет малого и среднего радиуса действия, а не межконтинентальных баллистических ракет, которые раньше рассматривались, как главная угроза европейской безопасности. Премьер-министр России Владимир Путин, выступая на экономическом форуме в Сочи, заявил:

Последнее решение президента Обамы, который отменил планы по строительству 3-го позиционного района ПРО, наводят нас на хорошие мысли. И я очень рассчитываю на то, что за этим правильным и смелым решением последуют и другие, в том числе полная отмена всяких ограничений на сотрудничество с Россией и на передачу в Россию высоких технологий, и активизация по расширению количества членов Всемирной торговой организации за счет России, Белоруссии и Казахстана.

Эксперты, однако, подчеркивают, что все не так просто, и Вашингтон ожидает от Москвы встречных шагов. В частности, ужесточения позиции в отношении Ирана, прекращения поставок Ирану зенитных ракетных систем С-300 и поддержки готовящейся резолюции Совета безопасности ООН, предусматривающей санкции в отношении Тегерана. Так что все еще может не раз измениться. А теперь я хочу вернуться к разговору с гостем сегодняшней программы. Я напомню, что в студии со мной сегодня Евгений Гонтмахер, известный российский экономист, политолог, заместитель директора Института мировой экономики и международных отношений РАН и член правления Института современного развития ИНСОР, который считается одним из мозговых трестов, обслуживающих нынешнего президента России Дмитрия Медведева. И мой гость Евгений Гонтмахер, хоть он и в некотором смысле это отрицает, тем не менее, считается одним из идеологов, скажем, группы либеральных советников, которые пытаются как-то в либеральном ключе влиять на политику нынешнего президента. Я понимаю, что дипломатия, внешняя политика, вопросы противоракетной обороны – это не совсем, что называется, ваша епархия, Евгений Шлемович, но тем не менее. Попробуйте поставить происшедшее в контекст наших внутренних проблем. Ведь посмотрите: мы живем уже который год под звуки горнов и бой барабанов по поводу России, которая подымается с колен, по поводу зловредного внешнего окружения, которое пытается помешать возрождению государственного величия державы. И уже сейчас я предвижу, как опять забьют тамтамы, прокремлевские пропагандисты закричат «Вот! Вот оно случилось! Мы их сделали, мы их нагнули! Американцы с ними посчитались. Вот мы говорили, что не хотим этих самых противоракет и радаров в Польше и Чехии, и вот они пошли на попятную. Ура! Ура! Ура! Мы победили». И соответственно, как мне кажется, есть угроза того, что вот эта вот жуткая шовинистическая истерия, которая там захлестнула общество уже, наверное, 2 или 3 года назад и продолжает в нем править бал, еще больше будет отравлять умы, прежде всего, людей молодого поколения, которые говорят: «А вот у нас все хорошо, у нас страна великая и государство наше крепнет. Так что все правильно».

Ну, вообще-то, это решение президента Обамы, действительно, имеет прямое отношение к нашей внутренней политике, позиционированию России. И как по отношению к нашему обществу, так и по отношению к миру. Если, действительно, будет вот такой вариант, о котором вы сказали, там, бой барабанов, Россия встала с колен, умыла и так далее, и тому подобное, значит, наши дела совсем плохи. И вот мы с вами говорили о каких-то шансах, может быть уже минимальных на выход на нормальную магистраль развития, значит, эти шансы совсем маленькие. Но я вам должен сказать. В ближайшие буквально дни-недели это будет все понятно. Почему? Потому что... Ну, что вам говорить, Евгений Алексеевич? Вы же знаете это прекрасно. Наше телевидение регулируется по звонку. Мы посмотрим. Буквально как в ближайшие дни Первый, второй канал, НТВ будут освещать вот это событие. Если, действительно, будут эти фанфары, это означает, что, ну, скажем так, Дмитрий Анатольевич упускает шанс на то, чтобы Россия могла протянуть руку навстречу США. А в широком смысле этого слова, евроатлантическому сообществу. Причем протянуть руку как равноправный партнер. Не как, знаете там, существо, которое из-за угла пробует, знаете, какие-то мелкие гадости делать людям, которые там живут, а потом из-за этого радоваться. Нет, фактически Обама предложил России перейти в другое поле переговоров, в другое поле общения. От чисто рационального, знаете, вот, того, что есть такая Россия, 1/7 часть земного шара и там стоят ядерные ракеты и надо с ними как-то, с этой Россией что-то делать, чтобы они нам только не мешали – это такая позиция вообще-то преобладала и в прежней американской администрации. И, кстати говоря, ее предлагали и президенту Обаме, когда он только на свой пост шел. А сейчас, я так понимаю, Обама решил подойти совершенно по-другому. Он предложил нам войти в цивилизованное мировое сообщество. Да, со всеми нашими недостатками, со всеми нашими фобиями и так далее, и так далее. Значит, он считает, что Россия не безнадежна, что Россия может быть частью, давайте говорить откровенно, я повторяю, нормального цивилизованного мира. В котором демократия, в котором рыночная экономика, в котором солидарность процветает, а не вот такие вот, так сказать, подставы взаимные и, знаете, радость по поводу того, что у соседа корова сдохла. Поэтому давайте посмотрим. Я думаю, что мы это увидим достаточно быстро, потому что президент Медведев сейчас едет в США, там будет у него достаточно длительный визит на Генеральную ассамблею ООН, и в Питтсбурге будет «двадцатка». У него есть сейчас возможности абсолютные для того, чтобы сделать заявления, адекватные тому заявлению, которые сделал президент Обама. И я повторяю, тон нашего телевидения мы увидим достаточно быстро.

Ну, вы знаете, одна только реплика у меня по этому поводу. Президент Медведев у нас участвовал и в «семерках», и в «двадцатках», и выступал с разного рода заявлениями на разные темы. Он, например, на первой встрече «семерки», точнее, «восьмерки» - ну, я по старинке называю «семерка» плюс Россия. Потому что, что греха таить? В «восьмерке» мы участвуем с большим авансом, приняли нас туда с большим авансом. И сама «двадцатка»-то появилась в том числе и потому, что выяснилось: «восьмерка» не работает, и, по сути дела, размыто было членство России в рамках более широкой вот этой вот организации под названием «двадцатка». Ну, я просто напомню 2 примера. На встрече «двадцатки» были приняты вроде бы обязывающие всех решения не вводить протекционистских барьеров – это было в конце прошлого года. А в начале этого года что было первое сделано? Были введены охранительные пошлины на импорт автомобилей. Более ранняя история связана с заявлением, вроде бы тоже которое обязывало Россию принять участие в санкциях против лидеров антидемократического режима в Зимбабве. В результате не успела ООН и Совет безопасности принять соответствующую резолюцию, как российские представители ее блокировали. Поэтому, видимо, в каких-то других центрах власти решаются такого рода дела. Ну, это так, в порядке такой язвительной реплики.

Но, Евгений Алексеевич, вы, конечно, во многом правы и тут нечего сказать. Но я говорил о том, что России предоставлен шанс. И вот воспользуется ли Россия эти шансом или нет? – это большой вопрос. Я ведь не сказал, что этим шансом мы точно воспользуемся. Возможно, скорее всего, он будет снова потерян и это будет очень и очень обидно, потому что второго такого шанса, я боюсь, нам можно будет ждать очень долго.

России или режиму, который Россией сейчас правит?

Ну, я говорю, конечно, о России, безусловно. О России как обществе, о России как нации. И, конечно же, здесь есть какие-то конкретные вещи, кто будет делать эти шаги, кто будет вести эти переговоры и так далее. Но как мне представляется, все-таки, здравый смысл и, я бы сказал, коллективный здравый смысл нашей страны – он должен в этом смысле победить. Ну, нельзя нам обратно двигаться, действительно, правильно Юргенс сказал, в советский застой или даже в более худшие, вообще, какие-то модели. Сейчас, к сожалению, остаться в советском застое уже невозможно. Мы проскочим задним ходом либо в Зимбабве, либо в Северную Корею – давайте об этом тоже говорить откровенно. Поэтому общество тоже должно сказать, видимо, какое-то свое слово.