ВСЯ ПРЕЗИДЕНТСКАЯ РАТЬ

Итак, мы переходим к заключительной части программы «Власть с Евгением Киселевым». Хочу теперь вас спросить, Дмитрий Ефимович, как вы считаете, насколько серьезны шансы господина Медведева или господина Иванова, его дублера, очевидного дублера, стать следующим президентом России?

Вы знаете, во-первых, мы должны, мне кажется, четко понимать, что зависит это от одного человека. У нас вообще есть один избиратель, этот избиратель абсолютно свободен, то есть другое дело, что на этого избирателя могут оказывать какое-то психологическое давление, как на любого монарха, на любого царя, не знаю, какое-то личное давление, уговаривать…

Избиратель в значении человек, который…

В значении человек, который будет делать выбор. Выбор этот будет делать Путин. И тот выбор, который он сделает, тот и будет заштемпелеван.

Вот тут есть такая история, многие об этом говорят сейчас, что вопрос доверия это ключевой вопрос.

Безусловно, конечно.

Вот, скажем, Иванов пользуется у президента самым большим доверием. Я, например, был сам свидетелем такой сцены, когда на одном приеме журналисты окружили Александра Стальевича Волошина, человека весьма искушенного во внутрикремлевских подковерных интригах, но при этом склонного, по крайней мере так, в полупубличном режиме, говорить иногда достаточно откровенные вещи, и стали спрашивать его: «Скажите, Александр Стальевич, а кто самый доверенный человек у Путина? Кому Путин доверяет больше всего?». И Волошин так неожиданно сказал, что на самом деле это очень простой вопрос – больше всего Путин доверяет Сергею Иванову, с которым его связывает давняя близость, личная дружба и так далее. Но тем не менее Путин все-таки благоволит больше к кандидатуре Медведева и говорят, потому что вопреки, казалось бы, некоторым очевидным вещам, которые происходят у нас во внешней политике, тем не менее утверждается, что Путин озабочен реакцией Запада на кандидатуру будущего преемника, что называется, Запад может напрячься, если таковым будет объявлен Иванов, и вот с точки зрения приемлемости для западных партнеров Медведев его устраивает гораздо больше. Но нет консенсуса, понимаете, ключевой вопрос – консенсус, чтобы не расколоть элиту. А вот кандидатура и Медведева, и кандидатура Иванова пока что элиту раскалывают.

Я думаю, что это не так опасно.

Не так опасно, вы думаете?

Нет. Я думаю, что когда государь говорит «вот это преемник», элита успокаивается.

А вы не думаете, что все-таки Путин думает, что кто-то третий? Не Медведев, не Иванов, может быть, все-таки кто-то третий?

Знаете, я вообще против таких гаданий. Есть человек, которого мы знаем довольно плохо, хотя и видим довольно часто.

Вы имеете в виду – плохо знаем Путина?

Ну, в общем, конечно. Недостаточно все-таки знаем. Ну, как бы, Боже мой, кто его знает, какие у него есть друзья и влияния, которых мы и представить себе не можем?

Ну, почему, есть много информации на сей счет.

Ну, всегда такого рода информация мне кажется недостаточна. И вообще разобраться-то в другом человеке всегда трудно, как бы ты его не знал. Иногда в своей собственной, не знаю, в собственной семье не разберешься, хотя видишь каждый день. Значит, какие мотивы у этого человека, какая сложнейшая его психология – ну, кто его знает? Всегда тут можно гадать так, можно так. Мне кажется, что надо обращать внимание не столько на это, сколько на какие-то очевидные закономерности.

Прежде чем поговорим о закономерностях, давайте все-таки немножко еще погадаем. Есть определенные тоже наши правила игры и вот по правилам игры хотим сейчас подключить к разговору наших зрителей и слушателей. Сейчас у нас будет так называемый «Рикошет», интерактивное телефонное голосование.