МЕСТО В СТРОЮ

Верхняя палата живет своей собственной, закрытой жизнью. Много ли мы знаем о людях, что являются резидентами Совета Федерации? Да практически ничего. А здесь, между тем, крупнейшие представители бизнес-сообщества. «Новая газета» насчитала среди сенатской братии шестерых долларовых миллиардеров. Седьмым, и самым главным, по одной из версий политологов, в 2008 году может оказаться богатейший политик страны – Владимир Путин. Быть спикером верхней палаты бывшему лидеру страны удобно и почетно – много свободного времени для отдыха и бизнеса, да и государственные дела решаются под боком. Сотрудник Московского Центра Карнеги Андрей Рябов эту версию не исключает:

Да, это тоже своего рода должность, связанная, как вам сказать, с реализацией, что ли, государственной мудрости. Во всем мире верхняя палата это тормоз. Нижняя палата это мотор, идеи, а верхняя что-то такое, что фильтрует эту, так сказать, инициативу снизу. Да, в каком-то плане это тоже может быть приближено к задачам такой роли.

Первое государственное лицо никогда не захочет выполнять функцию тормоза законодателей. За годы своего правления Путин, некогда незаметный и непубличный функционер, расправил политические крылья и едва ли в ближайшее время захочет прятаться в тени. Совет Федерации же, по мнению политолога Валерия Хомякова, является своеобразной темной комнатой для бизнесменов, лоббистов и никому не известных чиновников. Возглавлять Совет Федерации человеку, вовлеченному в политический процесс, не престижно и не целесообразно:

Совет Федерации в нынешнем его виде является крайне непривлекательным с точки зрения избирателей органом и крайне невлиятельным с точки зрения элиты. По сути дела, это такой клуб лоббистов различных финансово-промышленных групп, ну, иногда там есть определенная часть бывших губернаторов, которые все-таки связаны со своими регионами, но в основном это такой достаточно лоббистский клуб.

Но в любое время клуб лоббистов может стать авторитетным и независимым органом власти. Некоторые предпосылки к этому увидел политолог Алексей Макаркин:

В самое последнее время предпринимаются усилия, по тому, чтобы увеличить какие-то законотворческие возможности Совета Федерации. Он стал отклонять определенные законопроекты, которые уже прошли через Государственную Думу, например.

В реформированном виде Совет Федерации мог бы привлечь внимание Владимира Путина. С этим соглашаются и критики версии. Валерий Хомяков приводит в пример верхнюю палату 90-х годов – тогдашний способ формирования сенатского корпуса и его активная независимая деятельность делали Совет Федерации элитарным органом власти:

Совет Федерации был бы интересен для Путина, если бы он, допустим, либо этот Совет Федерации избирался по каким-то новым правилам, там много вариантов существует, либо он был бы восстановлен в том виде, в каком он был до Путина, то есть туда входили бы руководители регионов, представители законодательной власти, руководители законодательной власти. Тогда это в каком-то смысле было бы интересно.

Хомякову вторит и Алексей Макаркин: Владимир Путин может захотеть занять место Сергея Миронова только в том случае, если Совет Федерации успеет до 2008 года набрать достойный имиджевый и политический вес. В противном случае быть спикером верхней палаты Путину не с руки.

Что такое сейчас Совет Федерации? Это орган, очень принципиально отличающийся от того Совета Федерации, который был в конце 90-х годов, того губернаторского клуба, который отказывался увольнять генерального прокурора, хотя Кремль очень этого хотел.

Если Владимир Путин все же возглавит Совет Федерации, весьма любопытной стала бы реакция его нынешнего спикера Сергея Миронова, не раз выражавшего желание видеть Путина не третьим лицом государства, а первым и после 2008 года.

Что думают зрители и слушатели программы «Власть» об очередной версии трудоустройства Путина после 2008 года? Сейчас у нас будет интерактивное телефонное голосование.

Только после реформирования. В такой Совет Федерации Путин, естественно, не придет. Это исключено. Если Совет Федерации будет реформирован, но я пока не вижу никаких шагов к реформе Совета Федерации.

Но, подождите, по-моему, ведь внесен законопроект в Государственную Думу…

Пока все это настолько непонятно, несогласованно, нет решимости.

Ну, хорошо, предположим. Давайте я сначала сформулирую вопрос для голосования и запущу его механизм. Итак, может ли Владимир Путин в 2008 году возглавить верхнюю палату российского парламента? Если да, то звоните по телефону 660-01-13. Если нет, 660-01-14. Голосование пошло. Итак, я возвращаюсь к разговору с моим гостем Игорем Буниным. Давайте предположим, что внесенный, по-моему, в конце февраля законопроект о новом порядке реформирования Совета Федерации к декабрю, к этим выборам, предстоящим в декабре, будет утвержден во всех положенных чтениях. Что тогда? Согласится ли Путин в 2008-м с позиции номер один в государстве спуститься на позицию номер три?

Ну, Путин в любом случае не может занять пост, в котором он бы перед кем-то был бы ответственен; он не сможет и премьер-министром, все такого типа назначения исключены, это вне логики российской административной машины, так никогда не было, что человек, который был на самом верху, вдруг кому-то подчинялся.

Вы себе противоречите, вы говорите «может, только при условии…»…

Нет, нет, Совет Федерации в таком состоянии, когда все избираются, это немножко другой орган, и поэтому вот это исключить я не могу. Но у него возможности есть и другие – он может просто возглавить, заменить Медведева на посту законодательного органа «Газпрома» с одной стороны, может возглавить фонд, движение, он может стать, не знаю, просто таким неформальным лидером Государственного совета, встречаться с госчиновниками. У него много возможностей. Но ему нужно на самом деле обязательно иметь место, официальное место в Кремле, чтобы быть всегда доступным для пяти-шести человек в государстве.

Я еще раз напомню, у нас идет голосование. Вопрос: считаете ли вы, что Путин может в 2008 году возглавить верхнюю палату российского парламента? Если да, 660-01-13. Если нет, 660-01-14. Итоги голосования мы подведем после очередной паузы.