ИТОГИ

Мы продолжаем программу «Власть» на телеканале «RTVi» и на волнах радио «Эхо Москвы». В студии ведущий программы Евгений Киселев, ваш покорный слуга, и мой сегодняшний гость политолог Андрей Рябов. Вот в продолжение темы олимпиады, знаете, есть такой старый анекдот: вы будете долго смеяться, но Сара тоже умерла. Вот сегодня губернатор Петербурга Валентина Матвиенко объявила, кстати, в эфире радиостанции «Эхо Москвы», о том, что город на Неве будет претендовать на проведение летней олимпиады в 2020-м году. То есть, пример Сочи оказался, судя по всему, весьма заразительным. Правда, она тут же оговорилась, сказала, что мы хотели претендовать на 2016 год, но едва ли Олимпийский комитет примет решение, чтобы 3 олимпиады подряд проходило в Европе, потому что в Лондоне в 2012 будет, теперь в Сочи в 2016. В 2014, соответственно в 2016 году наверняка, вот с высокой долей вероятности, олимпиаду отдадут какой-нибудь американской или азиатской, а может быть даже и африканской стране. Но, тем не менее, и, кстати, вот, мэр Рима Вельтрони, Вальтер Вельтрони, заявил, что, по всей видимости, теперь, после победы Сочи, кандидатура вечного города снимается, перспективы победить, претендуя на олимпиаду 2016-го года, нет. Но вот, тем не менее. Кстати, тут тоже не без Путина, наверное. Вот это вот: а почему бы не начать еще один масштабный проект. Родной город нынешнего президента становится Олимпиадой, столицей Олимпиады 2020-го года. Кстати, теоретически ведь Владимир Владимирович, уйдя в отставку, может опять баллотироваться в 2012-м году, опять на два срока, как раз 2020-й год будет завершением его третьего и четвертого сроков после перерыва.

Ну, как раз, я думаю, что решение по Олимпиаде в Сочи во многом, ну, я бы сказал так: оживляет вот эту схему. О ней говорилось раньше, говорилось довольно много, но все-таки большинством экспертов, специалистов, журналистов она не воспринималась как рабочая. То есть президент уходит, потом возвращается в полном соответствии с теми правами, которые дает ему Конституция. Но после того, как Путин – если не изменяет память – в начале июня, как-то так прозрачно намекнул о том, что может и вернуться. В общем, об этой схеме стали говорить более серьезно. И тут появляется достаточно серьезный повод – олимпиада Сочи, организатором, инициатором точнее, которой он стал в прошлом. Вот как бы повод к возвращению. Правда там еще есть еще более, еще значимые события: прежде всего саммит АТЕС во Владивостоке, который также инициировал действующий президент, проведение его в крупном нашем приморском городе на Дальнем Востоке. То есть накапливается некий, я бы сказал ряд событий, важных, международных, можно даже сказать глобальных событий, которые являются, в общем, вескими аргументами к возвращению. Или точнее, будет, наверно, лучше сказать так: к оживлению к этой схеме, превращению ее что ли более близкой к реальности.

Скажите, пожалуйста, … я Вас перебью, вопросов много. Скажите, а вы третий срок абсолютно исключаете?

Нет, конечно…

Потому что многие говорят, что, тем не менее, Путин может остаться.

Нет, конечно же, полностью исключить третий срок нельзя. Я думаю, какой-то шанс, какой-то процент, ну, можно спорить, там 5 шансов из ста или один может быть шанс из ста все еще остается, потому что все еще существуют достаточно влиятельные люди, которые полагают, что, ну, все-таки, наверное, вот сценарий третьего срока для обеспечения стабильности, стабильности прежде всего властной элиты, правящей элиты, наверное, это было бы лучшее решение без… исключающее или минимизирующее всякие прочие риски…

Но в любом случае есть такая точка зрения, что если даже вот физическое лицо Владимир Путин, уйдет с поста президента, то коллективный путь, он у власти все равно останется.

Я думаю, что это не совсем точная точка зрения. Прошу прощения за тавтологию. Безусловно, у власти, по крайней мере, в обозримую, на обозримую перспективу останется нынешняя властная элита. То есть это питерская команда, со всеми ее интересами, сложностями, внутренними противоречиями, системой взаимодействий как публичных, так и не публичных – эта да. Но вот будет ли эта команда в ее нынешнем виде - а фактически она останется, видимо, без изменений - будет ли она играть роль коллективного Путина – на мой взгляд, это уже совершенно другой вопрос. И мне представляется, что целесообразно здесь вариант разбирать под несколько другой точкой зрения. Ну, как известно, с 93-го года Россия является такой централизованной – некоторые говорят, суперпрезидентской – системой. Некоторым этот термин не нравится, но в данном случае не о терминах речь. Централизованной президентской республикой с очень широкими полномочиями для президента. Так вот, весь вопрос заключается в том: вот этот новый президент X, Y или кто-то еще, сохранит ли вот такую систему централизованную, единоличную, как сказали некоторые… как сформулировали этот тезис некоторые политологи, моноцентричную систему власти, или все-таки борьба между этими группами, кланами, фракциями внутри правящей элиты будет настолько острой, что в результате возникнет, ну, если не плавающий центр, то несколько приблизительно равных по силе центров …

Как Вы сами отвечаете на этот вопрос?

Я думаю, что сегодня, пока существует второй параллельный проект второй партии власти, пусть он далек, так сказать, от тех изначальных планов, которые в него вкладывались, которые с ним связывались…

Вы имеете в виду «Единую Россию»…

И «Справедливую Россию». Да. Пока существует два проекта, все-таки, наверно - я скажу осторожно, поскольку полной уверенности нет, только поэтому - все-таки линия развития склоняется к этому второму варианту, к многоцентрию. И если вдруг действительно во второй тур – а это ситуация вполне реальная – выйдут, например, два одинаково близких - из ближнего круга президента Путина – кандидата, то шансов будет еще больше.

Ну, вот как раз по поводу двух кандидатов. В начале недели, когда Владимир Путин покинул поместье Буша и улетел на заседание МОК в Гватемалу, Сергей Иванов выступил с достаточно резким заявлением в адрес Соединенных Штатов. Вице-премьер, комментируя переговоры по ПРО, заявил, что предложение России использовать радиолокационную станцию в Азербайджане останется в силе лишь в том случае, если Вашингтон откажется от планов разместить элементы ПРО в Польши и Чехии. В противном случае Сергей Борисович пообещал принять меры: разместить дополнительные ракетные установки в европейской части России. Вот казалось бы: что первому вице-премьеру за дело до США, до глобальных вопросов, какое он, формально второй человек в правительстве, имеет право ставить ультиматумы Вашингтону? По-видимому, право имеет, и об этом Сакен Аймурзаев в рубрике «Политические игры».

Прозванный западными политологами «Кремлевским ястребом» Сергей Иванов – самый независимый в своих суждениях, а подчас и действиях политик путинского окружения. По крайней мере, такое впечатление создается после многочисленных заявлений вице-премьера. За последние несколько месяцев он показал, что может, насупившись и повышая голос, критиковать не только уездное чиновничество и распустившихся аппаратчиков, но и запад, а ведь эта привилегия принадлежит исключительно Путину. На своей продолжительной, по масштабам - президентской, пресс-конференции, которая прошла в конце мая, Иванов с государственным размахом рассуждал о польском мясе, о том, как относятся к России за рубежом, что делать с пресловутой системой американской ПРО. Кстати, тогда Иванов категорически отрицал возможность сотрудничества с Штатами и даже иронизировал по этому поводу. Оказалось, напрасно. Начальник и друг вице-премьера Путин думает иначе. На саммите «Большой восьмерки» и на недавней рыбалке с президентом США Путин фактически вступил в переговоры по ПРО. Занимается Сергей Борисович и молодежью: собрал недавно представителей прокремлевских молодежных движений и учил их демократии. Подобные уроки современному молодому партактиву доселе преподавал президент. Не менее амбициозным, нежели все остальные акции вице-премьера, оказалось его выступление на питерском экономическом форуме. Вице-премьер как провидец нарисовал картину светлого экономического будущего аж до 2020-го года. Куда раньше Иванов обещает настоящий переворот в промышленности. И даже инструмент уже найден – загадочные нанотехнологии. Вице-премьер курирует этот проект в правительстве, ездит по институтам, которые занимаются нанотехнологиями, все смотрит, расспрашивает, а потом на заседании кабмина восхищенно говорит о том, что нанотехнологии сравнимы с атомными проектами прошлого, и обещает нам всем устроить нанореволюцию. Недешевая, надо сказать, получится революция – только в этом году на нанотехнологии выделят 130 миллиардов рублей, а всего на суперпроект не пожалеют 200 миллиардов. Кроме высокой науки, которая, как уверен Иванов, принесет всем счастье и безопасность, занимается Сергей Борисович и более прозаическими вещами: думает о вырубке лесов, о паровозах и кораблях, обо всем и обо всех. Не умещается эта забота в тесном вице-премьерском кресле, активность Иванова – лишнее тому подтверждение. И вопреки постоянному уходу от вопроса о президентстве, Сергей Борисович, по-видимому, о своем будущем повышении если не мечтает, то, по крайней мере, думает. Как думает о нем – не исключено – второй преемник – Медведев. Если бы победа Иванова или Медведева определялась по политическим очкам, то Сергей Борисович набрал бы их, наверно, больше. Однако это, по мнению близких к Кремлю экспертов, вовсе не означает, что Медведев менее амбициозен или слаб в аппаратной борьбе, просто каждый выбрал свой путь: один вице-премьер решил побыть в тени, заняться нацпроектами, а другой – быть всюду на виду и говорить обо всем. Но это не роль в срежиссированном Путиным спектакле, просто каждый делает то, что делает. А выбор все равно за президентом.