ИТОГИ

Е. Киселев:
Так вот и получается, что сейчас очень много говорят о том, что Путин, готовясь уйти, обставляет своего преемника, кто бы он ни был, сложной системой договоренностей, своего рода кондициями, сложной системой сдержек и противовесов. Лягут ли они на бумагу или они будут устными, эти договоренности между тем президентом, который у нас есть сейчас, и тем, кого он поддержит в той или иной форме на следующих выборах. Вот о чем бы они ни договорились, ведь найдутся, наверное, да? вот такие же люди, которые раз придут, два придут к новому президенту и скажут, что у нас есть самодержавное президентство, смотрите в Конституции что записано, зачем вот нам все это нужно?
И. Курукин:
Почему только в будущем найдутся? Уже вот смотрите, по регионам: "Давайте наше самодержавство, продлим этот счастливый момент как можно дольше". Так что они не то, что не найдутся, они уже нашлись. Они уже кричат. Уже и собственно глава Совфеда, нашей верхней палаты тоже сказал: "А почему бы не спросить, не подискутировать на эту тему.
Р. Шакиров:
Да, вот похожий термин, да.
И. Курукин:
А реального центра силы не создали. Так вот у Владимира Путина есть действительно реальные центры силы. Он собственно их консолидировал. И думаю, что, конечно, никаких бумажных этих самых вещей не будет. Тем более, что он бумаге не верит, он верит в реальный расклад сил, и с силовым фактором он, безусловно, считается, то, конечно же, вот в отличие от Бориса Ельцина, который полагался на то, что вот у него как бы ставленники будут и в экономике там, центра власти, и некоторые обязательства, там, может быть, и не кондиции, может быть, конечно, не письменные, существуют, они как бы выполнялись какое-то время, то здесь, конечно, на это ставку президент не будет делать безусловно. И если посмотреть на то, что он делает - во-первых, кланы, которые он поддерживает, они как бы за то, чтобы сроки были продлены, во-вторых, эти кланы, он, безусловно, между ними… он как бы активно учитывает их интересы и так далее. Дает кому-то усилиться и так далее. Но здесь выстроена целая система сдержек и противовесов как в области экономики… Вот посмотрите, что создается в российской экономике. Это огромные монополии, которые подконтрольны…
Е. Киселев:
Да такие, по корейскому образцу и подобию…
И. Курукин:
Подконтрольные людям президента, да? И, конечно, такую систему, конечно, сразу же взять в руки будет очень трудно любому, кто даже обладает хваткой. Во всяком случае даже если придет человек, который обладает такой хваткой, и часто сред них внешне выглядели… люди приходили к власти внешне очень слабые, да? Но если человек обладает такой хваткой, даже ему будет трудно сразу же перехватить эту власть. Потому что помимо того, что экономика практически подконтрольна будет, да? Будут еще и силовые структуры. Вот так называемые гвардейцы, да? и так далее - реально силовые структуры так же подконтрольны президенту. Поэтому, кстати говоря, и идет реформа… Видите, вроде и последний срок, да? А вдруг такая огромная реформа затеяна с изменением функций прокуратуры, со следственным комитетом во главе которого ставится свой человек. Вот эта как бы система сдержек и противовесов очень мощная, очень серьезная.
Е. Киселев:
То есть даже если придут люди, которые начнут подбивать преемника изволить собственноручно изорвать какие-то договоренности в прямом или переносном смысле слова, сделать это будет очень и очень непросто.
И. Курукин:
Не просто и не сразу. Как бы здесь глубоко эшелонированная оборона. Она выстроена очень грамотно. И там, где… Для того чтобы составить заговор, да? Нужно провести определенную работу. А если вам противостоят в условиях бесконтрольности власти, да? Противостоят серьезные силовые структуры, такие как следственный комитет и так далее, если реальные рычаги экономической власти находятся у вас же в руках, то сделать это чрезвычайно сложно. То есть нужно обладать немалой хваткой и изворотливостью. Не скажу, что невозможно, но это потребует времени.






© New Media Internet LLC, 2007