ПОБЕДЫ И ПОРАЖЕНИЯ

Среди тех, кто может события недели уходящей записать себе в актив, на первое месте, пожалуй, лидер «Единой России» Борис Грызлов. Обещания президента Путина поддержать партию на ближайших парламентских выборах накануне обрели конкретику: президент согласился, чтобы «единороссы» использовали его изображения и высказывания в предвыборной кампании. Более того, Путин уже дал поручение подготовить письменное разрешение, и остались лишь технические детали. В условиях заоблачного рейтинга президента подобная привилегия вполне может гарантировать партии власти заветное конституционное большинство в Госдуме. В отличие от главного «единоросса», уходящую неделю, скорее как кошмар, будет вспоминать глава Счетной палаты Сергей Степашин. Его ведомство сотрясают коррупционные скандалы. Сразу несколько высокопоставленных сотрудников Счетной палаты были задержаны за взятки. Степашин поспешил заверить, что борьбу со взяточничеством продолжит, но в плюс себе все эти скандалы записать, безусловно, не может. Лидер «Справедливой России» Сергей Миронов, в свою очередь, торжествует. На съезде партии были утверждены списки на выборах в Госдуму. Московский список возглавил министр культуры Александр Соколов. Действующий член правительства – это, без сомнения, удачное приобретение и победа спикера Совета Федерации. А вот глава «Газпрома» Алексей Миллер, напротив, оказался в минусе. Из выступления президента Туркмении Гурбангулы Бердымухаммедова в США следует, что «Газпрому», похоже, не удастся добиться того, чтобы цена за тысячу кубометров туркменского газа осталась на прежней отметке. Она, по-видимому, напротив, будет повышена в полтора раза. Губернатор Санкт-Петербурга Валентина Матвиенко уходящей неделей может быть довольна. Вслед за известием о том, что она возглавит питерский список «единороссов» на думских выборах, появилось и еще одно: лидер «единороссов» Борис Грызлов не исключил, что Матвиенко попадет в тройку федерального списка партии власти. Вероятное место в тройке – это не только большая удача, но и довольно знаковое событие: среди претендентов на тройку называются столь значительные фигуры, как Дмитрий Медведев и Сергей Иванов. Ну и наконец, ощутимое поражение на этой неделе потерпел глава «Базового элемента» Олег Дерипаска. Он все-таки уступил владельцу «Северстали» Алексею Мордашову в борьбе за долю в «Силовых машинах». Сделка, которая еще на прошлой неделе казалась практически совершенной, ушла буквально из-под носа господина Дерипаски, и лакомый кусок достался его конкуренту».

Ну и я бы добавил еще одну фамилию, которая часто звучала на минувшей неделе. Александр Лебедев, политик, депутат Государственной думы, который считается едва ли не главнейшим критиком мэра Москвы Юрия Лужкова, он не был включен в список «Справедливой России» по Москве. Предполагалось, что он его возглавит, потом неожиданно мы узнали о том, что Лебедев вне игры. Ну и потом была такая совершенно непонятная история, о которой вы наверняка слышали, что один из заместителей Лужкова послал Лебедеву такое, я бы сказал издевательское в некотором смысле, письмо - вот вы, мол, критикуете, а давайте министром по транспорту и строительству дорог приходите работать в московское правительство, и Лебедев так среагировал, что иду и даже личные деньги вложу. Вот как вы думаете, вообще, он в плюсе здесь или в минусе, на ваш взгляд? Удачно отпарировал оппонентам или неудачно?

Что касается публичной полемики – наверное, в плюсе, потому что отпарировал удачно. Что касается долгосрочной стратегии – боюсь, что в минусе, если за этим стоит реальная долгосрочная стратегия.

Ну, а вот как такие решения принимаются? Многие ведь ожидали, что Лебедев вообще может оказаться таким теневым кандидатом партии власти, которого потом двинут на месте Лужкова. И вдруг почему он попадает в опалу? Как вы думаете? Это что, тоже слишком вырвался вперед в гонке, слишком много желания проявил, слишком часто показывал, что «я готов», «я готов и кандидат на замену»?

Я бы сказал так: слишком много самостоятельности и слишком много автономии. Возможно, если бы те же самые вещи он делал на уровне не публичном и российский избиратель, российский телезритель об этом мало бы знал, возможно, результат получился бы более конструктивным, более результативным, более конкретным для господина Лебедева. Он действует, в принципе, как в рамках публичной политики, как нормальный публичный политик: если ты хочешь добиться результата, ты должен четко заявить о своих целях и двигаться к этим целям, создавая вокруг себя массовую поддержку. А как бы нынешняя политическая система не очень этого любит. Не очень любит, когда в рамках тех или иных структур – не важно с какими, вполне, может быть, даже с вполне лояльными и совпадающими с самой властью целями – появляются такого рода фигуры. Давайте посмотрим, скажем, на выбытие из списка «Справедливой России» многих одиноких знаковых персон – как регионального уровня, так и общефедерального. Ведь произошло это во многом благодаря тому, что они были слишком автономны.

Простите, а не потому ли это происходит, что что-то изменилось в Кремле, потому что сначала у нас была, как вы знаете, «Единая Россия», и был как бы такой проект – полторы партии; потом явно Миронов оказался в фаворе и Путин всячески давал понять, что он поддерживает проект укрупнения и усиления «Справедливой России». И вдруг сейчас повороты последнего времени – Путин явно делает жесты в сторону единороссов, соглашается фактически, чтобы они использовали его имидж в своей предвыборной кампании и что-то, по-моему, не требует, чтобы кого-нибудь там убрали, подвинули. Наоборот, все шишки последнее время сыплются на Миронова.

Мне кажется, что был определенный период колебаний между системой с доминантной партией, где по-прежнему все и вся есть «Единая Россия» и попыткой перейти если не к двухпартийной, то к некоей полуторной системе. Скорее всего, принято было решение о том, что риски в данном случае, при наличии двух партий, слишком значительны, что фактически это канал легализации вообще оппозиционной деятельности, к которому могут устремиться какие угодно настроения, какие угодно партии могут быть использованы этим каналом, включая и КПРФ, и ЛДПР, и кто угодно.

Ну да, туда и заметные фигуры стали переходить и из коммунистической партии, и из партии «Яблоко».

Да, и поскольку все это наслаивается на ту самую проблему, которую мы с вами сегодня обсуждали – с неясностью, полной неясностью и проблемы преемника, и, главное, конструкции будущей власти после 2008 года, – то этот риск может иметь как бы такой мультипликационный эффект: срезонировать в еще большей степени, в еще большей степени расшатать эту политическую структуру, которая еще не построена. Поэтому, видимо, решили все-таки в данном вопросе опереться на какую-то уже опробованную такую, фундаментальную структуру, которой видится «Единая Россия», а эту оставить так пока, про запас – вот есть левый электорат, который «Единая Россия» взять не может по определению, но, может быть, там вот «Справедливая Россия» и возьмет, тем более что там те же самые министры, то есть министры из того же самого правительства, которое «Справедливая Россия» критикует, как мы сейчас в этом убедились; это вполне задача для решения таких частных конкретных проблем.

Ну и, соответственно, в этом случае, если ваша версия верна, то все логично, почему убирают наиболее яркие и трудно контролируемые фигуры, а там – посмотрим, плывите, ребята, может, выплывете, посмотрим, какой результат на выборах покажете. Да?

Вполне. Может быть, найдете себе и более достойное применение. Со временем.